Не просто архив: как оживает история журнала «Климент»
Любовь Христова побуждает нас.
Иногда работа с архивом оказывается не просто технической задачей, а настоящей встречей с живой памятью. Один из таких опытов — личное свидетельство Елены Дарбинян о журнале «Климент», в котором прошлое епархии раскрывается не как история на бумаге, а как пережитая жизнь.
Сегодня я погрузилась в архив нашего епархиального журнала «Климент». Звучит скучновато, но на деле это оказалось очень захватывающе! Меня буквально поглотил каждый номер, который я держала в руках. Сколько впечатлений, эмоций, воспоминаний…
Родные лица, имена, строчки, страницы… Ведь когда-то я была к этому причастна.
Я с трепетом брала очередной номер, с ностальгией листала его, вспоминая каждую статью — её автора, события, связанные с этим временем.
Передо мной на столе лежала история. История нашей епархии, нашего прихода, наших прихожан. Многих уже нет в живых, многие уехали в другие страны и города, некоторые просто исчезли из поля зрения.
В моих руках оказался юбилейный, двадцатый номер, и в нём, на последней странице, были собраны фотографии обложек всех предыдущих выпусков. Сначала — чёрно-белые, с неровной вёрсткой, на простых, неглянцевых листах, без переплёта…
И каждый такой номер — очень дорог моему сердцу. Ведь столько труда и души было вложено в это дело.
Я благодарю Наталью Ивашковскую за её просьбу — благодаря ей я вернулась на 20 лет назад, и это действительно очень ценно.
Вот отрывки из некоторых архивных материалов:
«Климент» №4 / 2006 г. «Без веры нельзя»: Интервью с отцом Збигневом Котлински CSsR. Записала Юлия Пасичная.
О. Збигнев Котлински родился 10 января 1930 года в г. Замость, Польша. Рукоположен 17 июня 1956 года, восемью годами раньше вступил в Конгрегацию Редемптористов, чтобы стать миссионером, проповедующм Слово Божье в разных странах. В 1970 году уехал миссионером в Южную Америку. 10 лет работал в Аргентине, 12 – в Боливии. В 1992-2006 гг. – в Белоруссии, Казахстане, России. В Оренбург приехал в 2002 году.
– Отец, что такое «священник», по-Вашему?
– Я до самой смерти не пойму значения этого слова. Священник – это огромная тайна веры. Это человек, избранный и призванный Христом, который должен любить Бога и людей, служить Богу и помогать людям прийти к Нему, чтобы они были счастливы на земле и получили жизнь вечную.
(…)
– А скажите, каким показался Вам Оренбург в первый Ваш приезд?
– Первый раз я приехал в 1993 году. В то время не было католической церкви: ни храма, ни организованной общины. Верующие молились дома, ещё пряча святые иконы. Не было ни ресторанов, ни множества магазинов, ни продуктов. Мы смогли купить банку огурцов и хлеб, а вот колбасу нашли с трудом. Даже в поезде, когда мы ехали в Уральск, на станции не возможно было ничего купить. Даже продуктов. А мы не знали и не взяли с собой еды. Поэтому мы целый день ничего не ели, пока нас не пригласили перекусить вяленой рыбой. Потом на одной станции мы смогли купить вареники с картошкой. Было очень трудно. Теперь есть всё: продукты, одежда, красивый город и, прежде всего, восстановленный храм и организованная община.
– А как изменились люди?
– Сильно. Люди сейчас стали более открытыми и радостными. У них есть возможность съездить в разные страны мира, они могут писать и получать письма на разных языках. Связь с европейской культурой даёт возможность всестороннего развития. Люди начали строить красивые и удобные дома, обновляют свои квартиры, покупают новую мебель, а рядом с домом разбивают клумбы. Самым же важным является то, что многие убеждаются: человек от Бога пришёл и к Богу направляется. Поэтому люди уже начинают передавать свою веру детям.
–Как Вы считаете, много ли прихожан в нашем храме?
– Нет, ещё очень мало. И не только у нас, в католическом храме. В православных храмах тоже мало людей. А ведь крещёных горожан гораздо больше – посмотрите хотя бы на кладбище: среди новых могил редко увидишь надгробие без креста. Значит, они были крещены, но не ходили в церковь. Я думаю, причина в том, что в течение многих лет им запрещалось молиться или явно исповедовать свою веру. Сейчас некоторые молодые люди узнают Бога, хотят молиться. И это знак возрождения. Они не порывают связи со своими неверующими родственниками, общаются с ними, поддерживают отношения. И молодым легче прийти к Господу, потому что их не учили не верить. Это тот фундамент, на котором мы, священники, можем строить будущее.
От редакции:
С момента публикации этого интервью прошло почти двадцать лет, однако слова отца Збигнева Котлинского о вере, памяти и духовном возрождении звучат сегодня не менее актуально. Священник, прошедший миссионерский путь через Аргентину, Боливию, Беларусь, Казахстан и Россию, продолжает своё служение и сегодня — в Петропавловске в Казахстане.
В июне 2026 года отец Збигнев отметит 70-летие священнического рукоположения — редкий и по-настоящему исторический юбилей. За этими десятилетиями стоят тысячи проповедей, исповедей, крещений, встреч и человеческих судеб. В молитве будем помнить о. Збигнева с благодарностью за его священническое призвание и служение в нашей Епархии.
«Климент» №3 / 2007 г. «Этот батюшка с бородою» Иван Сивопляс, г. Ульяновск.
Драматичный XX век оставил на память и в назидание потомству много светлых имён истинных подвижников веры. Их подвигом, высоким и часто трагичным, словно искупается оскудение веры в грешащем и мятущемся человечестве. Совсем недавно начался процесс о беатификации (причислении к лику блаженных) иеромонаха Чина Св. Василия Великого отца Иеремии Ломницкого, выдающегося проповедника, миссионера, религиозного философа, целителя и просветителя.
В первое десятилетие XX века о. Иеремия не раз путешествовал по России. «Недавно ещё я радовался приезду о. Ломницкого, в уже сегодня, к сожалению, провожаю его. Точно Господь послал мне ангела, чтобы научить меня ангельскому служению…», – писал летом 1904 года Митрополиту Шептицкому один из саратовских жителей.
Господу было угодно, чтобы последний раз в Россию о. Иеремия приехал уже не по своей воле. В 1914 году началась 1-я мировая война. К началу 1915 года российские войска заняли Галицию. Отец Иеремия, служивший ректором семинарии в городе Станиславове (ныне Ивано-Франковск), мог свободно уехать куда-нибудь подальше от военных громов. Но он остался, чтобы быть рядом с сёстрами Служительницами Непорочной Девы Марии. «Сколько, сёстры, я за вас претерпел, и через вас, но если беда, жизни не жаль отдать за любую из вас!», – написал он однажды.
В феврале 1915 года о. Иеремия был сослан в приволжский город Симбирс (ныне Ульяновск). Он смиренно и с радостью принял волю Божью. «Жизнь наша тут течёт нормально… Обитаем вместе священники и миряне. Город, ничего не скажешь, красивый и спокойный. Власти обходятся с нами хорошо. Поначалу должны мы были ходить два раза в неделю до пристава, теперь никуда не ходим. По целым дням читаем то газеты, то книжки», – писал он в одном из писем. (…)
«3 июля 1916 года ночью умер о. Еремия Ломницкий, был четыре дня больной воспалением лёгких. Исповедался, возобновил монашьи обеты и мирно закончил жизнь. Похороны состоялись 4 июля поздним вечером. Было много людей». (…)
На могиле о. Иеремии был установлен памятник, высокий чугунный крест.
От редакции:
Спустя почти столетие после смерти отца Иеремии Ломницкого память о нём продолжает жить в Ульяновске. Известно, что он был похоронен на старом Воскресенском кладбище Симбирска, где на могиле установили высокий чугунный крест. Однако в советские годы памятник был снесён, а само место постепенно утратило точное обозначение. В 2006 году были предприняты поиски предполагаемого места захоронения. Во время вскрытия могилы исследователи обнаружили склеп, однако останков отца Иеремии там не оказалось. Судьба его праха до сих пор остаётся неизвестной и окружена множеством версий и легенд. Тем не менее сама история поисков стала свидетельством того, что память о «батюшке с бородою», как называли его симбиряне, пережила и революции, и десятилетия забвения.
«Искорка» №2 / 2004 г. «Я не одна…» Янина Черняхович, г. Новотроицк.
Наши родители (…) жили в Житомирской области, в Новоград-Волынском районе, в селе Муравня. (…)
Однажды приехал вербовщик с Урала. Строилась железная дорога Орск-Кандагач, и наши мужики завербовались на год. Погрузились в вагоны, семьи и лошадей погрузили и поехали. Это было в 1940 году. Приехали в Орск, выгрузились, наладили повозки, выехали в поле, поставили палатки, и стали работать в выемке. Землю брали на насыпь, возили, а засуха была, трава выгорела, и лошадей пасти негде – только по низинкам немножко росла трава. А ветер пыль несёт, аж задыхаемся от неё… Думали – год отработаем, поедем назад. (…) А началась война. (…)
В 1947 году я устроилась работать на Орско-халиловский комбинат пробоотборщицей. (…)
Когда мама умерла, мы ездили в Орск в православную церковь отпевать, в Новотроицке тогда церкви ещё не было. Потом, уже в перестройку, и здесь построили, мы ходили к батюшке спрашивали: «Вот мы католики. Можно нам ходить, Причастие принимать?» Он говорит: «Да вроде всё одинаково… Наверное, можно» (…)
Молиться мама научила нас ещё маленькими, и вечером, и утром мы молились. Я те молитвы до сих пор помню. И молитвы и литании всякие… Слава Богу, я не одна, всегда чувствую помощь. Мы очень довольны, что у нас есть приход и отцы, и сёстры. Что можем исповедоваться, причащаться, молиться вместе, ходить на Святую Мессу. Мы и не думали, что дождёмся такого времени. Благодарим о. Дариуша, о. Павла, о. Яна и сестёр.
От редакции:
История Янины Цезаровны начинается 5 мая 1924 г. в Житомирской области, а продолжается на Урале. Дважды её семья переживала голод, кого-то теряли, но выжившие неизменно держались вместе, молились и помогали друг другу. В 1951 году Янина была осуждена по 58-й статье на 5 лет работ в ИТЛ, отправлена на лесозаготовки в Сврдловскую область. Но в 1953 году была освобождена и вернулась к родным в Новотроицк.
Католическая община в Новотроицке сформировалась с приездом отцов-редемптористов в Оренбургскую область. В 2000-х в городе даже действовала часовня и жили сёстры Св. Семейства из Назарета. В настоящее время католики из Новотроицка приезжают на богослужения в храм Неустанной Помощи Божией Матери в Орске.
«Искорка» №1 / 2003 г. «Мы из поволжских немцев…» Паулина Бонданк, г. Орск.
Мы родом из поволжских немцев. Мой папа был крестянином, жил в деревне недалеко от г. Маркса. (…) В 1941 г. нас депортировали в Казахстан. Там священников не было и не было слышно, чтобы люди собирались на совместную молитву – все боялись. Библии у нас не было и об Иисусе Христе я смогла впервые прочитать в книге «Жизнь и страдания Иисуса Христа», которую моя мама купила после войны за продукты. В семье нас было четверо: два брата и две сестры. Во время войны братьев забрали в трудармию в Орск. Мы с мамой жили в Казахстане. В 1953 г. мы переехали в Орск к моему брату Петру. Тут мама нашла католическую общину, которая собиралась на квартирах. Они переписывались с Эстонией, Литвой. Приезжали священники из Караганды: о. Александр, о. Иосиф Верт.
Я начала ходить в общину с мамой в 1950-1960 е годы. Ходила редко, так как ничего не слышала, и мне было не интересно. Но когда я в 1986 году приобреда слуховой аппарат, стала ходить чаще. Тогда к нам редко, но приезжал о. Иоанн Зубрус из Актюбинска. Он научил нас молиться Живым Розарием.(…)
Со временем людей ходить стало меньше, и обмениваться тайнами Живого Розария было некому. Уже не набиралось даже десяти желающих, и мы перестали его читать. В то время к нам два раза приезжал о. Клеменс Пиккель.(…)
Директор ДК Энергетиков выделил нам комнату. Туда к нам приезжали в первый раз ирландцы. Мы были уже зарегистрированы, и они нашли нас через горсовет. Они привезли с собой статую Богоматери и несли её через весь проспект Ленина до самого ДК Энергетиков. Там они совершили Литургию и Крестный ход. Они сказали, что сюда их направила сама Дева Мария.
В 1996 году мы переехали к нам в квартиру. Тогда к нам раз в месяц стал приезжать о. Дариуш (Пашинский). Бывало один, а иногда с помощниками или монахинями. Было даже удивительно, как он всё успевал. Он проводил катехизацию среди детей, крестил, исповедовал и служил Литургию.
Когда о. Дариуш решил переехать в наш город, он задумался, как назвать нашу общину. Однажды после Литургии он зашёл к нам на кухню выпить чаю и увидел привезённую ирландцами икону Божией Матери Неустанной Помощи. Он очень удивился и спросил, откуда у вас эта икона? Я сказала, что нам её привезли ирландцы, она была помята, треснула, и я забрала её себе. Он посмотрел и говорит: давайте назовём наш приход в честь Божией Матери Неустанной Помощи…
От редакции:
Судьба семьи поволжских немцев, пережившей депортацию в Казахстан, трудармию и десятилетия жизни без открытого храмового служения, показывает, каким хрупким и одновременно удивительно устойчивым может быть религиозный опыт, передаваемый «из дома в дом», даже без книг, храмов и священников.
Особое значение в этом повествовании приобретает фигура отца Дариуша Пашинского CSsR, который впоследствии стал настоятелем Орской общины. Не случайно именно он предложил посвятить приход иконе Божией Матери Неустанной Помощи — одному из центральных образов духовности редемптористов. Для Конгрегации редемптористов эта икона имеет особое значение: традиция почитания образа восходит к их миссии проповеди милосердия и постоянного заступничества Богородицы за человека.
Перед нами путь общины — от домашних молитв и редких визитов священников до зарегистрированного прихода с литургической жизнью. Даже простая кухонная встреча, где обсуждалось название прихода, становится символическим моментом: из памяти, веры и личного опыта рождается церковная идентичность, которая затем получает имя, храм и историю.
«Климент» №2 / 2009 г. «И свет во тьме светит: с. Анна Мерковская SJE 24.09.1918 – 18.07.2000» Наталья Ивашковская
Подробности о её жизни я узнала во время похорон – рассказывал на проповеди епископ Иосиф Верт. Помню фразу: «Сестра Анна Мерковская родилась в 1918 г. в немецкой деревне на Украине, где все имели почему-то польские фамилии».
В книгах записано, что она родилась 24 сентября 1918 года в Златопольском районе Черкасской области на Украине в семье Иосифа и Регины (Фридрих) Мерковских. В семье было 7 детей – 2 мальчика и 5 девочек. Родители были крестьянами. Семья Мерковских пострадала, как и другие, в гражданскую войну, перенесла голод. Отца забрали в трудармию в Гурьев, там он заболел цингой и умер. Мать забрали в Казахстан, где она погибла от голода. Саму Анну забрали в трудармию в Гурьев в 1941-м. Здесь она провела тринадцать с половиной лет – ей некуда было вернуться, дом отобрали, а все родные погибли. Из семерых детей в живых осталась она – и это чудо, потому что она была самой слабой.
1950-е. Анна слева внизу
По рассказам епископа Иосифа, Анна уже в трудармии познакомилась с Гертрудой Детцель (идет процесс её беатификации). Гертруда как-то спросила Анну, не хочет ли она посвятить свою жизнь Иисусу Христу? Анна не ответила сразу, но долго молилась…Ответом ее было – ДА.
Одна из близких подруг, Регина Мауль, (в 2000 ей было 97, вскоре она умерла) звала в Караганду – писала, что там много священников, освобожденных из тюрем и лагерей. В то время в Караганде тайно служили о. Владислав Буковинский (уже блаженный!) и о. Александр Штауб. В июне 1956 года женщины приняли решение о переезде.
Уже спустя несколько месяцев после переезда, Анна с некоторыми другими женщинами вступает в Третий Орден францисканцев. Духовным наставником францисканок стал епископ Александр Хира. (…)
На кладбище в Караганде, 1970-е
Когда в 1976 г. в Караганду приехали сестры евхаристки из Литвы, Анна вступила к ним в Конгрегацию. Епископ Иосиф Верт вспоминал в своей проповеди на похоронах с. Анны: «Когда Конгрегация включила её в состав первой миссии в Марксе на Волге, она с радостью и внутренним спокойствием приняла это новое послушание, несмотря на то, что ей было уже далеко за 60». Так личная история с. Анны Мерковской вплетается в историю нашей Епархии.
Сестры-Евхаристки приехали в Маркс в июне 1984 году по приглашению отца Иоанна Белецкого. (…) Через несколько дней сестры купили дом по улице Куйбышева 204. Сестры начали ремонт дома и одновременно собирали людей на общую молитву. В ремонтных работах помогали «прихожане» – Валингеры, Кунцы и Ельшейды. Сестра Анна практически сама сделала все внутренние работы, мужчины ремонтировали крышу пристройки, которая позже служила сестрам кухней. (…)
До осени 1986 года на молитву собирались по домам. Приход удалось зарегистрировать, но постоянного священника не было. Лишь иногда приезжал из Актюбинска отец Иосиф Верт. (…) Наконец, осенью 1986 года недалеко от дома сестер на ул. Куйбышева удалось купить дом, который несколько лет (с 1986 по 1993) служил церковью. Первая совместная молитва прихода в молитвенном доме состоялась в том же 1986 году на Торжество Христа Царя.
Ровно через год в приход приехал отец Иосиф, уже как постоянный священник. Долгое время он жил за ширмой в комнате для исповеди. «Кухня» была в подвале. К этому времени приход уже был большим.
Отец Иосиф и сестры обслуживали примерно 40 точек в Саратовской, Самарской, Волгоградской, Оренбургской области, Башкирии, Татарстане…
Первое Причастие Кристины и Светланы Рассказовых. Маркс, апрель 1996 г. Подпись на обороте (писала мама девочек): «Сестра Анна, очень прошу Вас, молитесь за нашу семью. Екатерина Рассказова. Я желаю Вам Божьего благословения».
От редакции:
История сестры Анны Мерковской поражает масштабом сделанного ей и её сподвижницами. Несколько женщин без средств, без официальной поддержки, под постоянной угрозой преследования фактически стали основой церковного возрождения в Поволжье. В воспоминаниях современников сестра Анна остаётся человеком удивительной внутренней силы, строгой дисциплины и глубокой молитвы. Не случайно Епископ Иосиф Верт говорил о почти мистической глубине её духовной жизни.
Особое место в этой истории занимает Маркс. Именно здесь благодаря сестре Анне и первым сестрам-евхаристкам появился один из первых возрождённых католических приходов Поволжья. Из маленького молитвенного дома выросла община, ставшая центром миссионерской работы для огромного региона — от Саратовской области до Башкирии и Казахстана.
Сегодня, спустя десятилетия после смерти сестры Анны, многие детали её жизни воспринимаются уже как церковное предание. Память о сестре Анне Мерковской остаётся не только частью истории Конгрегации и Марксовского прихода, но и частью духовной памяти всей Епархии Святого Климента.
Материал подготовили: Елена Дарбинян и Наталья Ивашковская
Рубрика: История, Лица. Голоса. Пути., Тема номера
Климент 2026. Апрель — Май (№77)