Великий пост и Пасха в двух обрядах: как я учился дышать двумя лёгкими
Крест стоит, пока вращается мир.
Иногда единство Церкви ощущается не через богословские формулы, а через собственный календарь. Через опыт, когда за одной Пасхой приходит другая — и ты внезапно понимаешь, что речь не о двух разных мирах, а о двух голосах одной веры. Именно об этом когда-то писал Анри де Любак: Дух Святой не делает Церковь одинаковой, но делает её единой.
Перед вами свидетельство человека, который прожил нынешний Великий пост и Пасху в двух традициях — и через этот опыт немного лучше понял слова святого Иоанн Павел II о Церкви, дышащей двумя лёгкими.
Великий пост и Пасха в двух обрядах: как я учился дышать двумя лёгкими
В ночь с пятницы на субботу 11 апреля мы с моим младшим сыном с платформы уфимского вокзала сели в поезд, следующий до Челябинска. Впереди нас ждали необычные и наполненные впечатлениями выходные. В Челябинск мы поехали, чтобы с местной греко-католической общиной отпраздновать Пасху по юлианскому календарю.
В единство с Католической церковью я вошёл относительно недавно – почти три года назад, а крестили меня ещё младенцем в православии. Согласно церковным нормам, я призван сохранять свой родной византийский обряд и по мере сил соблюдать его. Но греко-католических приходов в нашем регионе нет, а мои жена и дети крещены в латинском обряде, в «латинской» среде проходит духовная жизнь и нашей семьи и наших знакомых, поэтому соблюдать восточные традиции не всегда просто. Да и не все католики вроде меня заостряют на этом внимание, а я вдруг задумался.
С одной стороны, на фоне латинского обряда, простого и лаконичного, в котором богослужение проходит на русском языке, византийский выглядит каким-то архаичным, непонятным, ещё и в церковно-славянском языке бы разобраться… К тому же, я, воспитанный в светской семье, вообще никакого представления о византийском обряде не имел.
С другой стороны, это важная часть наследия моего народа, часть моего культурного кода. Русскую живопись, музыку, литературу, кино невозможно представить в отрыве от восточных корней. Меня восхищают и «Всенощное бдение» Рахманинова и духовная живопись Виктора Васнецова и нашего земляка, уфимца Михаила Нестерова. А прошедшей зимой я познакомился с богатой, но трагической биографией блаженного Леонида Фёдорова – первого экзарха Российской Католической Церкви. Эта Церковь, возникшая в 1917 году, очень скоро стала жертвой лихих послереволюционных лет. Вместе с Церковью все тяготы и мучения 1920-1930-х годов прожил и её глава, отец Леонид, который заплатил за свои убеждения своим здоровьем, а затем и жизнью. И все годы непростого служения он, будучи верным Римскому папе, прилагал все усилия для сохранения обряда, культуры и традиций Русской Церкви. Если это было важно ему, то почему не должно быть важно мне?
Великий пост в этом году я решил прожить в византийской традиции. За советом я обратился к католическому священнику отцу Илье Астапову. Он рассказал, что у российских греко-католиков специальных правил поста нет, и можно руководствоваться как лёгкими ограничениями, так и более сложными правилами других греко-католических церквей. Я решил пойти по лёгкому пути, который предполагал строгий пост без мяса, яиц и молочных продуктов в первый день Великого поста (23 февраля) и в Страстную Пятницу (10 апреля), а также воздержание от мяса не только по пятницам, как в латинском обряде, но и по средам.
Таким образом, мой личный Великий пост, начавшийся в латинскую Пепельную среду (18 февраля) и закончившийся в Страстную Пятницу по юлианскому календарю (10 апреля), длился дольше обычного – 52 дня.
В пост я столкнулся с духовным кризисом, в частности, я испытывал большие сложности с молитвой. В этот момент мне попалась в сети старинная книга XIX века «Откровенные рассказы странника духовному своему отцу», в которой рассказывается о практике Иисусовой молитвы («Господи, Иисусе Христе, помилуй мя»). Эта простая молитва позволяет молиться «непрестанно», как завещал Апостол Павел. Кроме того, она являет собой как бы краткое содержание всего Евангелия. Меня привлекло, что, читая её, не нужно ничего представлять, вводить себя в различные состояния, как и ожидать этих состояний. Только чеканить десяток за десятком и отгонять лишние мысли, «помыслы». И со временем это помогло найти выход из кризиса. Хотя я в самом начале пути и способен только читать и читать Иисусову молитву, а чтобы познать всю её, чтобы именно молиться ею, требуется долгое время практики.
Пасху в латинском обряде в Уфе мы встретили замечательно. Мне посчастливилось прожить и ощутить и саму Пасху, и предшествующее ей Триденствие. Я служил в роли министранта три вечера подряд, и это было невероятно ответственно – богослужения Великого Четверга, Страстной Пятницы, Навечерия Пасхи отличаются от привычных Святых месс, но, благодаря помощи нашего настоятеля, отца Томаша, у нас всё получилось. А в Светлое Воскресенье, 5 апреля, душа пела и радовалась – Христос Воскрес!
А впереди ждала Пасха по юлианскому календарю, которая в этом году была позже «григорианской» всего на неделю. У нас с младшим сыном уже были куплены билеты на поезд. Почему именно в Челябинск? Ближайшие к Уфе греко-католические общины расположены в Челябинске и Екатеринбурге. Я поинтересовался у отца Ильи Астапова, в какое время и где будут проходить Литургии в этих городах. Дата и время службы в Челябинске оказались удобнее для путешественника.
В столицу Южного Урала мы приехали утром 11 апреля, и в первой половине дня прогулялись по центру города, побывали на спектакле в Театре кукол и даже оказались в зоопарке. А вечером отправились в Католический храм Непорочного Зачатия Девы Марии. Он расположен в северной части Челябинска – в Металлургическом районе города. Храм был построен чуть больше двадцати лет назад, и он очень яркий и необычный. В нём я был уже несколько раз. Интересно, что в большом зале храма алтарь расположен посередине, а скамейки – вокруг него. Наверное, когда Иисус проповедовал, его ученики собирались и рассаживались так же. Большая часть икон написаны в византийском стиле, причём местной прихожанкой. А кропильницы и изображения стояний Крестного пути выполнены из камня.
Пасхальное богослужение проходило не в большом зале, а в часовне. Сперва отец Илья объяснил собравшимся верующим литургическое значение некоторых действий. Для начала мы все вышли из часовни, а врата её закрылись – Пасхальная служба в византийском обряде начинается у врат часовни, как будто перед закрытым Гробом Господним. После небольшого Крестного хода священник трижды постучал во врата и провозгласил: «Христос Воскресе!». Верующие ответили: «Воистину воскресе!», и все вошли в часовню. Началась Пасхальная Утреня, а после неё – праздничная Литургия Иоанна Златоуста. Не буду подробно описывать три следующих часа. Но тут грех не вспомнить легенду, рассказывающую что послы святого князя Владимира Святославича, побывавшие в Константинополе и видевшие службу в Софийском Соборе, поведали князю: «Мы не знали, на земле были или на небе». Что-то подобное нахождению на Небесах на самом деле испытываешь во время Божественной Литургии, где много пения, много поклонов, где много кадят ладаном. Казалось бы, стоять три часа – это сложно. Но время прошло незаметно. Осталась благодать. Осталась радость от того, что Христос воскрес. Было здорово понимать что эту радость мы пережили не только внутри своей семьи, своей общины, своей Церкви, но и вместе со всеми восточными христианами. Прямо в этот момент мы оказались в точке, где все христиане едины. Эти светлые ощущения сопровождали нас с сыном всю дорогу до Уфы.
На обратном пути мой восьмилетний сын сказал, что ему было очень интересно, и всё понравилось, но он не понял, почему всё читалось не по-русски, на странном языке, и почему нужно было так часто креститься и кланяться? Я, как мог, постарался объяснить, что это такая традиция, тоже христианская, тоже католическая, но другая. Этот язык – церковнославянский, на нём молились наши предки, молитвы на нём сегодня понятны христианам почти во всех славянских странах. А поклоны и крестные знамения помогают телу молиться вместе с умом и духом.
Да, мне ещё много надо познавать, понимать и принимать. В своей энциклике «Redemptoris Mater» святой папа Иоанн Павел II написал, что Церковь дышит двумя лёгкими – Востоком и Западом. После Литургии в Челябинске я, кажется, ощутил, что означает дышать двумя лёгкими. Для меня, католика византийского обряда, живущего в среде обряда латинского, это оказалось важно.
Две богатых традиции должны жить во мне. Первый шаг сделан.
Иван Ефименко, г. Уфа
Фото из архива семьи Ефименко
Рубрика: Лица. Голоса. Пути.
Климент 2026. Апрель — Май (№77)